bb-003.gif (2414 bytes) bb-005.gif (5503 bytes)

bb-004.gif (2247 bytes)

Наш, первый в Украине Brend Book был представлен в 1996 году на выставке «Реклама - 96»

ГЛАВНАЯ

АВТОРЫ

ПРОЕКТЫ

УСЛУГИ

ЦЕНЫ

СТАТЬИ

СЛОВАРЬ

 

Samsung.

26.05.2005 |
Павел Жаворонков

Династия Ли пережила две войны, путч и борьбу с олигархами.

Развитая интуиция и мгновенная реакция – качества, отличающие представителей семьи Ли, благодаря которым им удалось построить и сохранить под своим контролем империю Samsung. Они вот уже на протяжении семи десятилетий раньше всех в Корее начинают чувствовать приближение перемен и успевают реформировать свой бизнес в соответствии с новыми веяниями времени и требованиями властей.

Когда в Южной Корее 12 лет назад развернулась борьба с олигархами, многие компании пошли ко дну, для группы же Samsung эти обстоятельства открыли путь в высший класс мирового бизнеса. Компания превратилась в одну из крупнейших транснациональных корпораций, прибыль которой за прошлый год превысила $10 млрд.

 

Ящик на пепелище.

Основатель компании Ли Бьонг Чхуль начал предпринимательскую карьеру в 1930-х годах – Корея тогда находилась в колониальной зависимости от Японии и рассматривалась оккупантами как большая плантация риса на континенте. Его родители, зажиточные крестьяне, следуя заветам Конфуция, всю жизнь копили деньги, чтобы сын смог получить образование. Молодой человек учился в токийском университете Васеда, но применить образование в беднейшей стране Азии, где почти 100% населения занимались сельским хозяйством, было невозможно. Амбициозный молодой экономист молол на мельнице рисовую муку, держал сельскую лавку и, наконец, в 1938 году основал торговую компанию "Три звезды" (Samsung Trading Company), которая поставляла рис, сахар и сушеную рыбу в Китай и Манчжурию. Это был первый экспортный канал Кореи, к которому не имели отношения японцы.

Репутация предпринимателя-патриота оказалась очень кстати в годы второй мировой войны, когда США объявили войну Японии и на Корейском полуострове высадился американский десант. Ли Бьонг Чхуль незадолго перед приходом освободителей построил в городе Даэгу крупнейший в стране завод по производству пива и рисовой водки – сочжу, которые у него охотно закупала армия США.

Но следующую войну – столкновение между коммунистическим Севером и проамериканским режимом Ли Сын Мана в 1950 году – этот бизнес уже не пережил. После того как коммунистическая армия пересекла 38-ю параллель и двинулась к Сеулу, линия фронта отрезала склады, а основные покупатели – американские военные ведомства – спешно эвакуировались в Пусан. Ли Бьонг Чхуль тоже засобирался на юг, когда ему сообщили, что его имя фигурирует в расстрельном списке "пособников марионеточного режима", составленном лично Ким Ир Сеном и выданном каждому северокорейскому командиру.

В предчувствии, что "черный день" рано или поздно наступит, Ли давно уже не реинвестировал прибыль и хранил всю выручку в наличных. Он сложил 3 млн вон – один из крупнейших частных капиталов Кореи – в деревянный ящик из-под вина и поручил шоферу отвезти его в Пусан. Машину по дороге конфисковали военные, но водитель успел спрятать деньги в заброшенном доме. Когда Ли Бьонг Чоль отправился на их поиски, обнаружилось, что дом был сожжен во время недавних боев. В официальной биографии основателя Samsung драматично повествуется, что он несколько часов стоял на пепелище, размышляя о превратностях своей судьбы, и вдруг разглядел в куче золы обуглившийся, но совершенно целый ящик, в котором хранилось его состояние.

 

Визиты в Токио.

Экономическая программа президента Ли Сын Мана (в 1948 году был избран президентом Корейской Республики, затем трижды переизбирался на эту должность. – Прим. "Ко") исчерпывалась соображениями о необходимости замещения импорта товарами внутреннего производства; впрочем, исследователи периода его правления сходятся на том, что стратегия импортозамещения служила, в основном, ширмой, за которой шло расхищение чиновниками американских денег, поступавших по программе послевоенной помощи. Соединенные Штаты выделяли дотации, которые должны были покрывать 70% южнокорейского импорта и 80% капиталовложений, при этом собственная корейская промышленность развивалась вяло, и острые социальные проблемы в 1950-х решить не удалось.

Ли Бьонг Чхуль возродил в 1951 году компанию Samsung, которая стала играть все более заметную роль в экономике послевоенной Кореи: он вложил деньги в создание крупной текстильной фабрики Cheil Industries, построил сахарный завод Cheil Sugar Manufacturing, занялся страховым бизнесом. Статус отечественного производителя и щедрые подарки помогли ему войти в ближнее окружение Ли Сын Мана, что обеспечило Samsung государственные подряды и возможность поучаствовать в схемах освоения американской экономической помощи. К концу 1950-х годов Ли являлся самым богатым и влиятельным бизнесменом Южной Кореи. Однако сам он в этом большой чести для себя не видел, понимая, что долго существующий режим не продержится – президент был дряхл, в стране нарастало недовольство коррумпированностью и неэффективным экономическим управлением его аппарата.

С 1957 года Ли Бьонг Чхуль стал подолгу задерживаться в Японии, где знакомился с бизнесменами и политиками и изучал опыт национальных финансово-промышленных групп – дзайбацу. В президентском дворце на него начали посматривать с удивлением и неодобрением – водить знакомство с бывшими оккупантами, проигравшими войну, считалось неприличным. В 1961 году, во время очередного его продолжительного визита в Токио, в Корее произошел переворот: Ли Сын Ман был свергнут, к власти пришла военная хунта во главе с генералом Пак Чжон Хи. Фамилия Ли в очередной раз попала в расстрельные списки, на этот раз он вместе с другими предпринимателями, часто посещавшими в 1950-х годах президентский Голубой дворец, обвинялся в незаконном обогащении на казенных поставках и экономических диверсиях.

 

Разговор с генералом.

Глава Samsung немедленно вылетел в Сеул, у трапа самолета его встречали корейские офицеры, которые надели на него наручники и отвезли в резиденцию диктатора Пак Чжон Хи. Военный правитель ставил перед собой амбициозную задачу форсировать индустриальное развитие Кореи и превратить ее в промышленного экспортера, но пока смутно представлял себе, как этого добиться. Само собой напрашивалось решение национализировать экономику и реформировать ее тоталитарными методами. Учрежденный им для разработки и осуществления реформ чрезвычайный комитет экономического возрождения в основном занимался отловом предпринимателей и экспроприацией капиталов, которые те не успели вывезти за границу.

Немногочисленные предприятия закрывались, страна откатывалась обратно к аграрному укладу, кроме того, американские партнеры угрожали отключить страну от каналов помощи, если в ней не будет частного бизнеса.

Генералу было что обсудить с крупнейшим корейским предпринимателем. Дословное содержание их беседы неизвестно, но биографы утверждают, что Ли Бьонг Чхуль смог убедить диктатора в своей непричастности к расхищению казенных средств, а также изложил идеи, как реформировать корейскую экономику, основанные на изучении японского опыта. Так, он предложил проект государственных инвестиций в частные национальные компании, которые вытянут страну из тысячелетней нищеты, как это произошло в Японии.

Слово "дзайбацу", означающее "могущественная семья, влияние которой строится на деньгах", по-корейски звучит как чеболь. В отличие от японских, корейские ФПГ не смогут иметь собственных банков – финансовая система уже была национализирована военными. Это ограничит их самостоятельность и обяжет соблюдать конфуцианскую традицию, согласно которой "торговцы" стоят на более низкой ступени общественной иерархии, чем "государственные мужи", и могут лишь служить послушным орудием в руках последних. Принятие этой модели также обещало привлечь в Корею японские инвестиции, что делало страну менее зависимой от американской экономической помощи.

 

Особые поручения.

Пак Чжон Хи после беседы с главой Samsung аннулировал приказ о его аресте, а также прекратил полномочия комитета экономического возрождения. Вместо него была учреждена федерация предпринимателей Кореи во главе с Ли. Среди ее членов правительственный совет экономического планирования распределял задания по реализации государственных экономических программ. Для членов федерации были созданы льготные налоговые режимы, а в те отрасли, которыми они занимались, был закрыт доступ иностранным конкурентам. Корея как страна с развивающейся рыночной экономикой продолжала получать помощь из США и низкопроцентные кредиты Всемирного банка, которые затем через систему госбанков распределялись среди членов федерации. В начале 1960-х годов они получили в форме прямых субсидий и беспроцентных государственных кредитов более $12 млрд.

Отбор в члены фракции происходил, в основном, среди личных знакомых президента. Как правило, это были владельцы небольших торговых и сервисных компаний, не скомпрометированные связями с прошлым режимом, на чем настаивали военные. Костяк системы сформировали 30 фирм, которые несли основной груз ответственности за исполнение пятилетних экономических планов и получали большую часть госдотаций. Еще около 500 компаний принимали эпизодическое участие в правительственных программах.

Доминировал в этой системе концерн Samsung, которому поручались самые масштабные и социально значимые проекты. Ли построили крупнейшую в Азии фабрику по производству удобрений, они начали выпускать газету Joong-Ang Ilbo – правительство для этого передало Samsung единственный бумажный комбинат страны. Кроме того, Samsung по заданию правительства создал в стране систему страхования жизни и имущества, возводил гостиницы, университеты и больницы.

В 1970-х годах, когда правительство поставило задачу создать тяжелую индустрию, Samsung стал строить корабли, станки и химические предприятия. Он разросся в гигантский промышленный конгломерат, охватывающий большинство отраслей экономики. Его внутренняя структура была настолько сложна, что порой сами члены династии Ли с трудом могли разобраться, какие из предприятий приносят прибыль, а какие существуют лишь потому, что правительство когда-то проявило заинтересованность в их развитии, предоставив группе новые субсидии и льготы.

 

Демпинговая глобализация.

Направление производства бытовой техники и радиоэлектроники поначалу однозначно относилось к последним. Восстановление дипломатических отношений с Японией в 1965 году во многом было связано со стремлением правительства Кореи выйти по следу японских концернов на мировой рынок высоких технологий. Ли Бьонг Чхуль вел постоянные переговоры с руководителями дзайбацу о технологической поддержке и целевых инвестициях в строящуюся радиоэлектронную индустрию Южной Кореи. В 1969 году он основал первое корейско-японское совместное предприятие Samsung-Sanyo Electronics. Изначально оно представляло собой армейский ангар в сеульском пригороде Сувон, где корейские рабочие собирали из японских деталей и по японским чертежам фены и черно-белые телевизоры.

Опыт оказался не самым удачным, японские партнеры не собирались поддерживать развитие потенциального конкурента и передавали Ли устаревшие технологии, завышая цены на комплектующие. После того как в Корее было создано собственное полупроводниковое производство, слово Sanyo из названия компании исчезло. К концу 1970-х годов Samsung Electronics превратился в флагманское предприятие империи Ли с экспортной выручкой более $100 млрд. Ли стали крупнейшими экспортерами бытовой техники и электроники, но их положение на мировом рынке трудно было назвать успешным. Они поставляли за рубеж технику, около 50% себестоимости которой составляли отчисления японским концернам за использование их технологий и дизайна. В розничную продажу техника поступала либо под чужими брэндами, либо по очень низким ценам. Бизнес развивался за счет правительства, которое предоставляло экспортерам налоговые льготы и разгоняло демонстрации профсоюзов, выступавших за повышение заработной платы. Когда в конце 1980-х годов в Корее наступил экономический кризис, Samsung Electronics ежегодно стал приносить убытков на $20 – 30 млн, а сама группа утратила лидирующее положение в экономике.

Чеболи, обеспечившие в годы правления Пак Чжон Хи прорыв Южной Кореи в число индустриальных лидеров Азии, после его смерти в 1979 году начали превращаться из "локомотивов прогресса" в нахлебников, паразитирующих на системе госдотаций. Преемники Пак Чжон Хи уже не могли обеспечивать конфуцианскую дисциплину в федерации предпринимателей. Чиновники совета по планированию начали брать "откаты" с бизнесменов, с 1980 года крупнейшие компании также переводили деньги на личные счета президента республики Чон Ду Хвана, а затем сменившего его на этом посту Ро Дэ У. "Дело о грязных фондах", в которые поступило в общей сложности $500 млн, в 1993-м привело на скамью подсудимых двух экс-президентов и руководителей пяти крупнейших концернов.

Южнокорейскую модель также усиленно раскачивали западные партнеры, Всемирный банк в 1980-х годах перевел Южную Корею в категорию стран-доноров, и поток дешевых кредитов прекратился. Правительство одно за другим снимало ограничения на присутствие иностранного капитала в южнокорейской экономике и отменяло экспортные дотации. В 1980-х годах в стране также развернулось широкое профсоюзное движение, которое, в конечном счете, лишило корейские компании последнего преимущества – дешевой рабочей силы.

 

"Жену и детей оставить прежних".

Ли Кун Хи – сын основателя компании, унаследовавший пост главы группы Samsung, оказался одним из фигурантов "дела о грязных фондах". Пока другие южнокорейские предприниматели убеждали суд и общественность в своей невиновности, попутно затевая интриги против президента Ким Ен Сама, он собрал совещание 1800 высших руководителей Samsung и объявил о "втором основании компании". "Вы должны будете изменить все в своей жизни: привычки, способ мышления, распорядок дня. Жену и детей можно оставить прежних", – пошутил председатель.

Предложенный им комплексный план реформ, очевидно, начал разрабатываться задолго до кризиса. Он предполагал привести структуру компании в соответствие с требованиями закона о свободе торговли: вдвое сократить число дочерних фирм, избавившись от активов в малоперспективных отраслях, сконцентрировать усилия на развитии направлений тяжелой индустрии и бытовой радиоэлектроники. Также требовалось прекратить перекрестное субсидирование подразделений группы.

Поскольку конгломерат больше не мог финансироваться за счет системы государственных кредитов и дотаций, требовалось повысить его привлекательность для внешних инвесторов. Акции компаний, входивших в группу Samsung, обращались на бирже с конца 1980-х годов, но большого интереса у покупателей не вызывали, в первую очередь из-за того, что все управленческие решения принимались членами семьи Ли, и повлиять на них в какой-то степени могло лишь государство, тогда как у инвестора со стороны вообще на это не было шансов.

Традиционный менеджмент корейской компании предполагал пожизненный найм и продвижение по службе по выслуге лет, руководящие должности занимали только члены семьи, причем конфуцианская этика запрещала младшим родственникам высказывать свое мнение в присутствии старших. Концепция нового менеджмента предполагала, что Samsung избавится от всей этой "восточной экзотики" в кадровой политике и управлении.

Наконец, Ли Кун Хи потребовал установить приоритет качества продукции над количеством: компанию теперь больше интересовала рентабельность продукции, а не показатели роста ВВП Южной Кореи, который она обеспечивала.

Инициатива Samsung получила одобрение властей, судебное преследование Ли Кун Хи было прекращено, и он смог быстро восстановить отношения с Голубым дворцом.

Инициатива концерна Samsung получила одобрение властей, судебное преследование Ли Кун Хи было прекращено, и он смог быстро восстановить отношения с Голубым дворцом. Перестройка структуры компании и имиджа ее продукции продолжалась до конца 1990-х годов, и в нынешнем десятилетии приложенные усилия многократно окупились. Когда в Корее гремели банкротства Hanbo, Daewoo, Huyndai и других компаний, Samsung Electronics начала наращивать экспортные обороты и доли в самых престижных секторах мирового рынка hi-tech.

Сейчас компания является крупнейшим в мире производителем чипов памяти DRAM, SRAM и Flash (соответственно 27%, 28% и 31% мирового рынка), широкоформатных дисплеев TFT-LCD (22,1%), компьютерных мониторов (21%) и ТВ (9,9%). С 2002 года Samsung Electronics занимает третью строчку в списке крупнейших производителей мобильных телефонов, сейчас его доля составляет 12,7%. Причем в некоторых секторах Samsung удалось потеснить японских производителей, некогда служивших ей образцами для подражания. Например, концерн Samsung отобрал знамя лидерства у Sony Corp. и Mitsubishi Corp. в секторе телевизоров стоимостью от $3000. В списке 100 самых дорогих брэндов Interbrand корейская торговая марка добралась до 21 места ($12,6 млрд) и "наступает на пятки" Sony ($12,759 млрд). В 2004 году продажи флагмана группы Samsung составили $55,2 млрд, а чистая прибыль – $10,3 млрд.


Источник:
журнал "Компания"

 

ГЛАВНАЯ

АВТОРЫ

ПРОЕКТЫ

УСЛУГИ

ЦЕНЫ

СТАТЬИ

СЛОВАРЬ